«Не будут же его выкапывать». Как родственники и друзья тех, кого колонии и СИЗО объявили самоубийцами, пытаются выяснить правду

Каждый год в российских колониях, следственных изоляторах и тюремных больницах умирают десятки человек — по меньшей мере. Больше половины случаев признают суицидами. Что произошло на самом деле, как правило, выяснить трудно

опубликовано Такие дела

Авторы

Текст

Михаил Данилович
Екатерина Воронова
Екатерина Малышева

Редактура

Анастасия Сечина
Анастасия Лотарева

Иллюстратор

Анастасия Крайнюк

Создано вместе с

Такие дела

Написать текст про смерти в СИЗО и колониях предложила Анастасия Сечина из нашего «Четвертого сектора». Она тогда вместе с коллегами работала над проектом «Не издержки». Тот как раз подсчитывает, сколько человек погибает в местах лишения свободы, и пытается выяснить хоть какие-то обстоятельства смертей.

Мы с Екатериной Вороновой и Екатериной Малышевой долго думали, о чем именно рассказать в нашем тексте, по какому принципу подобрать истории, которые мы будем исследовать.

Через некоторое время обнаружили, что во многих случаях речь идет – как мы это назвали – о псевдосуицидах. То есть когда администрации учреждений или следователи говорят, что человек покончил с собой. Но обстоятельства позволяют в этом усомниться. Хотя, как мы быстро поняли, усомнититься можно вообще во всем, что происходит в колониях и СИЗО – настолько это закрытая система. Ко всем обстоятельствам смертей – о которых говорят официально – можно добавить слово «якобы». Кроме самого факта, что человека больше нет.

Свидетелей мало, на записях с камер видеонаблюдения может быть ничего не видно, экспертизы такие, что ими можно подкрепить любую из версий. Следователи ведут себя то ли глупо, то ли, наоборот, слишком умно – например, находят улики в крови, но на экспертизу отправляют только часть из них. В какой-то момент работы над текстом я даже подумал – окей, следователи знают точно, что было именно самоубийство. Но они настолько не умеют работать и правильно оформлять все процедуры, что им не поверишь, даже если захочешь.

Наша история получилась про мрак, про бездну, которая всегда рядом с нами. Мы уже как-то привыкли, что посадить могут любого – вне зависимости от связей, денег и должностей. Наш же текст показывает, что так же легко человек за решеткой может умереть. Почему это произошло, родственники и друзья никогда не узнают. Или потому, что убили и хорошо замели следы, или потому, что хотят, но не умеют расследовать, или просто потому, что ужаса в нашей жизни должно быть только больше.

Герои текста – родственники и друзья самых разных людей. Среди погибших, о которых мы написали – звездный инженер, которого называли «русским Илоном Маском», рецидивист по прозвищу Обезьяна, полученному за буйный нрав и высокий рост, и иммигрант из Туниса. И на их месте мог быть любой.

И всё же мы рассказываем не про погибших, а про их близких. Это тоже разные типажи. Схожи они в неведении, отчаянии и неясности насчет собственной жизни. Окажешься ли ты на их месте, не так уж очевидно. Как и то, зависит ли это от тебя.

Поддержите журналистов Артели

Авторы

Текст

Михаил Данилович
Екатерина Воронова
Екатерина Малышева

Редактура

Анастасия Сечина
Анастасия Лотарева

Иллюстратор

Анастасия Крайнюк

Создано вместе с

Такие дела