Гайд по межрегиональной журналистской коллаборации
Рекомендации созданы содружеством журналистов-фрилансеров «Артель». В портфеле артели — организация и участие в шестнадцати проектах, созданных совместно с коллегами из других регионов и изданий в 2019—2021 годах. Основываясь на собственном опыте, мы рассказываем, зачем вообще нужна коллаборация, как организовать работу над проектом и на какие грабли лучше не наступить.
Коллаборация может быть постоянной и интегрированной (когда несколько редакций работают совместно на постоянной основе), а также разовой и временной. В наших рекомендациях мы рассматриваем вторую.
Часть 1

Зачем нужна журналистская коллаборация?

Примерьте разные цели журналистского сотрудничества, чтобы понять, насколько это подходит к вашей истории.

Сбор тематической мозаики

Вы собираете межрегиональную команду, чтобы показать, как один и тот же процесс или явление существует в примерно одинаковом виде в разных регионах. Совместная работа может показать масштаб проблемы или явления, дать объёмную картинку.

Например, для сбора пазла мы собирали команду, работая над мониторинговым проектом Неочевидные жертвы коронавируса или над текстом Невидимые пациенты.
«Каждый из журналистов обладает своим пулом экспертов и мог советовать каких-то экспертов другим — это больше, чем может знать один человек»
Александра Яшаркина (7×7, Ярославль)
соавтор текста «Невидимые пациенты»
«Редакция из одного города остановилась бы на героях и проблемах своего региона. Не получился бы всероссийский охват»
Дарья Руш (Тайга.Инфо, Новосибирск)
соавтор текста «Невидимые пациенты»

Распределение усилий

Группа журналистов на время становится отдельной редакцией и работает над темой, которую не потянет один журналист или редакция.

Известный пример такой коллаборации — Панамское досье, над которым работали 380 журналистов из 76 стран мира. В нашем опыте это, например, работа над текстом Деньги ушли за пациентом и спецпроектом Обвинительные клоны.
«Проект „Обвинительный клоны“ могла бы создать команда из одной редакции, правда, для этого пришлось бы перестроить работу внутри редакции: выделить дополнительных людей, найти время, оторвать от работы бильда и т. п. Это было бы дольше»
Макс Поляков (7×7, Москва)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
«Наверное, одному журналисту под силу взять девять интервью и перелопатить кучу источников, но он бы страшно выгорел к концу текста. Коллаборация позволяет остаться в уме и трезвой памяти»
Андрей Дербенёв (Артель, Пермь)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»

Объединение компетенций

Кто-то — «дока» в поиске по соцсетям, кто-то рвётся работать в поле, кто-то чувствует себя как рыба в воде в системе госзакупок, кто-то «на ты» с Тильдой и сможет сверстать проект. Коллаборация позволяет формировать команду из людей с разными компетенциями.
Пример — совместная работа медиа-проекта «Четвёртый сектор» с «Важными историями», в ходе которых появились тексты «Посадим за эту мелочь?» и В колонию под любым предлогом. Журналистка «Важных историй» с помощью скрипта добывала данные, а журналист «Четвёртого сектора» собирал личные истории людей.

Сравнение

Например, когда хочется показать, как один и тот же процесс или явление существует в разных регионах с похожими или, напротив, радикально различными исходными данными (географическое и социальное положение, национальность и пр.).

Пример такой работы — текст Деньги ушли за пациентом. Изначально мы хотели показать, как на модель инфекционной безопасности повлияла оптимизация, однако в Дагестане инфекционную сферу не оптимизировали, а проблемы там всё равно были.
«Коллаборация дала возможность более глубоко изучать и сравнивать ситуацию в разных регионах, проверять гипотезы. Например, Дагестан опроверг наш тезис о том, что во всем виновата оптимизация»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»

Составление цепи

Есть пункты А, В и С, которые соединены, как цепь (например, цепочка поставок, конфликт на границе) — и хочется эту цепь показать. В нашем опыте пока нет примеров такой работы. Но когда мы собирали заявки на участие в межрег-проекте, то среди них предлагались темы, подходящие под эту цель.
Например, тема научного партнёрства: «Есть научные проекты, над которыми работают ученые сразу из нескольких регионов России, о них сложно рассказывать полноценно, находясь в одном регионе. Можно выбрать несколько сотрудничающих институтов и показать их работу с разных точек».
Ещё один пример: опыт двух изданий — челябинского 74.ru и новосибирского NGS.ru. Вместе они создавали материал об Ашинской катастрофе на железной дороге.

Обмен информацией и наработками

Особенность работы в этом случае: участники коллаборации обмениваются материалами, но каждая редакция создаёт автономный текст, не связанный с двумя другими.
Пример не из нашего опыта: в рамках проекта СилаМедиа «Сетевая провинция» три редакции из разных регионов работали вместе над темой реабилитации заключённых. Коллеги делились друг с другом наработками — совместно с журналисткой одного издания разработали инфографику, другая редакция поделилась иллюстрациями, третья записала видео стрит-ток, который вписался во все три лонгрида.

Получение нового опыта

Это тоже может быть целью коллаборации — когда во главе угла не тема, а желание поработать с коллегами совместно. Такой изначально была работа над текстом Рынок не ок: мы кинули клич, собрали людей, а потом уже выбирали тему.

Кроме того, образовательный компонент был важной частью расследования госзакупок по ковидному обоснованию. Если бы целью расследования был только текст, то достаточно было бы команды из пяти человек. Но поскольку образовательный компонент являлся составляющей частью проекта, собиралась большая межрегиональная команда.

О новом опыте, впрочем, говорят участники любой совместной работы.
«Я привык работать в своем темпе и по своему шаблону. А тут оказался среди людей, которые работали иначе, заостряли внимание на вещах, которые не казались мне важными. Коллаборация — это возможность увидеть, что работу в группе можно построить иначе»
Макс Поляков (7×7, Москва)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
«Я склонен к авторитарному стилю управления, когда все идеи собираются в одном центре и потом распределяются между функциональными подразделениями. Мне было полезно участвовать в модульной сборке разных частей проекта равноправными участниками»
Олег Григоренко (7×7, Воронеж)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
«Полезным считаю опыт чужой редактуры. Когда приносишь гору фактов и считаешь, что из всех надо сделать текст, а редактор выкидывает кучу всего, и получается хорошо. Думаю, именно опыт редактуры — то, что региональным журналистам надо „качать“»
Наталья Петрова (7×7, Йошкар-Ола)
соавтор текста «Невидимые пациенты»
«Никогда раньше не писала в такое огромное количество фондов и объединений, чтобы найти героев. Теперь буду знать, что так их вообще можно найти»
Дарья Руш (Тайга.Инфо, Новосибирск)
соавтор текста «Невидимые пациенты»
«Научился пользоваться новостными агрегаторами. До этого не рассматривал их как полезный инструмент в работе. Очень понравились питчи репортажей, инструкции и видение проекта. Сохранил себе как образцовые»
Кирилл Кругликов (журналист-фрилансер, Вологда)
соавтор текста «Убрать корону»

Демонстрация солидарности

Сотрудничество становится самоценным как возможность показать журналистскую солидарность и способность журналистов конкурирующих изданий работать вместе.

Так, расследование о том, как устроен похоронный рынок в Перми (часть 1, часть 2) начиналось именно по этой причине: несколько пермских редакций решили поработать совместно над темой не столько ради темы, сколько ради того, чтобы продемонстрировать солидарность «цеха» на волне голуновских протестов.

Увеличение охвата, выход за границы «пузыря»

Когда к проекту причастны несколько СМИ, они опубликуют проект, а значит — расскажут о нём и в социальных сетях. То же справедливо для вовлечённых участников — они поделятся проектом в личных пабликах, а ещё у них могут быть связи с теми, кто расскажет о вашей затее уже со своих «трибун». Несколько редакций можно привлечь не в соавторы, а в информационные партнёры.

Например, истории проекта После шахт были опубликованы в четырёх изданиях. Истории проекта Мы принимаем выходили ещё в пяти. У проекта Обвинительные клоны было восемь информационных партнёров.

Вывод темы за границы «пузыря» — история более сложная. У нас была только попытка сделать это (мы начинали, но не завершили разработку игры про обвинительный уклон правосудия), но есть пример другого издания — инструкция о том, как перевести заключенного поближе к дому, вышедшая на Лайфхакере.

Экономия ресурсов

Немаловажный плюс коллаборации, который даже не надо пояснять дополнительно.
«Одна редакция могла бы подготовить такой проект. Но это было бы долго, трудно и дорого — города разбросаны по стране. А так — каждый уже изначально многое знал о городе, о котором писал, был в теме»
Евгений Зиновьев (Ревдинский рабочий, Ревда)
соавтор проекта «После шахт»

Ускорение процесса

В проекте Обвинительные клоны надо было взять девять интервью с экспертами. Этим занимались несколько человек, и мы быстро собрали материал. Для проекта Не Издержки нужно было обработать почти три сотни ситуаций и разнести их по таблице — задачу разделили на нескольких человек. В работе над расследованием про похоронный бизнес надо было связаться с пятью десятками людей, которые откликнулись на публичный призыв рассказать свою историю — мы поделили их на четверых.
Мы упомянули варианты, когда команда формируется для совместной работы над текстом или проектом. Возможны и другие варианты. Например, совместные действия журналистов, когда они добиваются доступа к информации, отстаивают свои права, создают или оплачивают вскладчину помогающий сервис, отрабатывают технологию.
Часть 2

Этапы работы над совместным проектом. «Хранитель темы», питч и стыковка

«Ввяжемся в драку, а там разберёмся» — подход отличный, сами практикуем, но надеяться на него, организуя межрегиональную команду, как минимум, безответственно перед теми, кого вы в это втягиваете. Планирование — архиважная часть процесса, и во второй части поговорим преимущественно о нём.

Определение сути проекта / текста

Как мы уже говорили, можно идти не от темы, а от желания поработать вместе — с целью демонстрации солидарности, для обмена опытом и т. д. Но такой вариант всегда сложнее, потому что вас связывает не столько интерес к теме, сколько интерес к совместной работе как процессу. Может начаться «натягивание совы на глобус», как следствие — вы остынете к теме или даже не «воспылаете» вовсе, и заниматься текстом будете не потому что считаете тему важной, а потому что договорились поработать вместе, и это обязательство надо «дожать».

В нашем опыте есть такая история. Тему выбирали долго и мучительно: то, что казалось важным одному, вызывало сопротивление у другого. В результате было выбрано нечто среднее и нейтральное — то, что не вызывало отторжения, но и не «зажигало». Работа шла тяжело, мы дожимали её не потому что «болели» историей, а потому что были связаны взаимными обязательствами.

Всё же гораздо лучше процесс идёт, когда в его основе — тема, которая изначально интересна всем, кто включился. Тогда участники процесса понимают, какая у них цель и почему важно закончить работу над историей.
Определите «хранителя темы»
Это может быть человек, стоящий во главе процесса, или небольшая группа людей. Он или группа задаёт ракурс, координирует работу, следит за её ходом, мотивирует всех причастных и, что называется, «тычет их палочкой»
1
За «хранителем темы» решающее слово во всех дискуссиях, которые заходят в тупик. Он в конечном итоге соединит все собранные исходники в цельный текст — да, писать разные части могут разные люди, но «лепить» из них крепкий бильярдный шар должен кто-то один.

Менять коней на переправе, а «хранителя темы» посреди работы — очень плохая идея. Перекидывать работу туда-сюда между двумя «хранителями» также неправильно. У нас был такой опыт при работе над текстом Рынок не ок. Новый «рулевой», временно взявший бразды правления в свои руки, подошёл к делу со своим чувством прекрасного и при этом сильно ушёл в сторону от первоначальной задумки, загрузив исполнителей работой, которая в конечном счёте не вошла в текст.
Международные рекомендации по коллаборации говорят, что если «хранитель темы» — один человек, у него обязательно должен быть помощник — проектный менеджер. В этом случае первый отвечает за идею, а второй — за организацию процессов. Если ресурсы позволяют помощника — отлично.
Если тема очень объёмная, то внутри большой межрегиональной команды могут формироваться маленькие группы под определённые задачи, у каждой из которых должен быть куратор. Кураторы управляют работой своей группы и при этом подчиняются «хранителю темы». Так было, например, при работе над расследованием Дыханье спёрло.
Напишите питч
Он нужен, даже если вам кажется, что всё и так очевидно. Он нужен, даже если вы не собираетесь презентовать тему никому внешнему. Питч помогает выкристаллизовать фокус и гипотезу, поэтому он — очень дисциплинирующая вещь
2
Безусловно, вы можете не конкретизировать проблему и гипотезу, рассчитывая на то, что по ходу работы «поймаете волну». Как показывает практика, шанс поймать её есть, но риск не поймать и провалить всю работу серьёзно выше.

Отдельно от питча или внутри него должен быть прописан план работы, то есть — все процессы, результатом которых станет текст или проект: собрать, обработать, проанализировать, снять, нарисовать, написать, отредактировать, продвинуть и так далее.
Шаблон питча «Артели»
По нашему опыту, при создании питча есть два сценария:
1
У «хранитель темы» есть чёткая задумка, и для её воплощения нужны исполнители, которым вы готовы поставить чёткие задачи
2
Есть только «призрак темы», некое ощущение, что где-то здесь надо покопать, но с более чётким фокусом и гипотезой вы пока не определились
В первом случае держатель расписывает питч, а вместе с ним — техническое задание исполнителям, алгоритм работы, инструкции. Только затем формирует команду.

Пример — мониторинговый проект Неочевидные жертвы коронавируса. Сначала мы описали суть проекта. Потом — что будем выявлять и какими будут условия работы журналистов. Затем разработали алгоритм мониторинга (с примерами и разбором сомнительных случаев). Только потом объявили сбор людей на проект. Тем, кто откликнулся, могли сразу чётко обозначить условия, требования и фронт работ.
Алгоритм мониторинга на первом этапе для участников проекта «Неочевидные жертвы коронавируса»
Инструкции могут даваться в разном виде: это может быть текстовый файл, подборка референсов («результат должен быть похож на это»), мини-вебинар. Например, для работы над текстом про ковид-диссидентов Уронить корону мы организовали созвон для авторов, на котором рассказывали, как работать над сбором личной истории персонажа.
Если проект состоит из нескольких однотипных элементов, то «хранителю темы» правильней изначально пройти всю цепочку по одному элементу, провести «разведку», на практике «выловив» возможные проблемы. И уже затем разрабатывать алгоритм для группы. Например, в расследовании Дыханье спёрло мы этого не сделали, и это привело к сложностям в процессе
Во втором случае, когда есть только «призрак темы», вы сначала формируете команду под «призрак» (то есть собираете группу людей, которые так же, как и вы, считают, что здесь есть куда копать), а потом — ведёте совместные предварительные раскопки, совместное обсуждение темы, совместно формулируете гипотезу и определяетесь с ракурсом.

Например, так происходило при работе над текстом Деньги ушли за пациентом. Изначально было желание посмотреть, как оптимизация повлияла на работу сферы здравоохранения в период эпидемии коронавируса, и под эту тему собралась команда. Но тема была сформулирована слишком общо. Начали обсуждать и сужаться. Сузились на инфекционные больницы и отделения. Первые же экспертные интервью показали, что фокус надо корректировать, говоря не столько про оптимизацию, сколько про страховую модель финансирования.

Решение финансовых вопросов

План работы (помните, вы написали его вместе с питчем?) даёт понимание, какие ресурсы потребуются для реализации проекта (специалисты, оборудование, сервисы). Доступны эти ресурсы без дополнительных затрат или нужны деньги? А если деньги нужны, то из каких источников они поступят или где вы будете их искать?

На этом этапе нужно определиться, кто и в каком объёме вкладывается в проект. Из чьих средств будет оплачена работа людей. У кого в пользовании есть платные сервисы, которые нужно использовать в работе. Кто возьмёт на себя расходы по доступу к платным базам, если они необходимы. У кого в штате есть специалисты, которые смогут выполнить определённые работы. А если таких специалистов нет, кто оплатит труд внештатного. Опять же — если надо ехать в другой район за комментариями и картинкой — это на чьи деньги? И так далее.

Конечно, вы можете не решать эти вопросы. Сказать: главное для нас — совместное творчество, а оплата, ну что оплата, как получится — так и хорошо. Это тоже вариант (особенно для небогатых редакций), просто тогда все должны понимать, что дела обстоят именно так.

Пример того, как финансовые вопросы решались при работе над проектом Не Издержки. В этом проекте было три партнёра — Московская Хельсинкская группа, медиа-проект «Четвёртый сектор» и «7×7» — и почти не было денег.
Коллаборация может быть и между отдельными журналистами — фрилансерами или просто коллегами из разных редакций, по личной инициативе собравшихся вместе. В этом случае найти деньги сложнее, чем когда партнёрствуют организации — вы либо ищете финансирование на стороне (грантовые или стипендиальные программы, спонсорство, краудфандинг), либо убеждаете руководство ваших редакций поддержать проект, либо работаете за идею.

Поиск денег на проекты — отдельная история, заслуживающая собственной методички, поэтому лишь обозначим способы:
1
Подать заявку на грантовую или стипендиальную программу. Найти подходящую можно, например, с помощью Календаря дедлайнов платформы «Грибница» или списка GIJN Гранты на трансграничные проекты
2
Запитчить тему изданию, которое сможет обеспечить финансирование. Искать партнёров за пределами России можно, например, с помощью проекта MediaBridge.
3
Запустить краудфандинговую кампанию. Например, с помощью платформ Planeta.ru или Сила слова

Сбор команды

Есть несколько способов:
1
Прицельный зов
Допустим, вы знаете, что этот журналист уже писал на эту тему. Значит, можно вовлечь его. Так мы привлекали людей в работу над Обвинительными клонами или проектом Мы принимаем
2
Привлечение людей через СМИ-партнёра
В этом случае редактор СМИ ставит задачи своим журналистам, и они выполняют их в рамках редакционной нагрузки. Так было, например, при работе над проектом Не Издержки
3
Прицельный поиск
Можно искать людей с помощью Базы профайлов «Грибницы». Можно спрашивать коллег, которые, как вам кажется, способны вывести вас на нужных людей. Можно искать СМИ в конкретной локации и списываться с их журналистами (как правило, они есть в соцсетях)
4
Открытый клич с отбором
Можно бросить его в профессиональном паблике или чате (группе той же Грибницы, но есть и множество других). Так мы собирали людей на проекты Неочевидные жертвы коронавируса и После шахт. Если до того, как ввязаться в межрег, вы окружали себя связями с коллегами из разных регионов, то подойдёт и ваша личная страничка. Предусмотрите форму заявки, которую должен заполнить претендент на участие в работе — её можно разместить, например, в Google Forms
Ещё один вариант сбора команды – когда после большой коллаборации образуются малые. Так, после завершения мониторингового проекта о жертвах коронавируса, мы создали три небольшие группы, которые работали дальше над текстами, созданными «по мотивам» проекта.

Подготовка к совместной работе («стыковка»)

Договоритесь о рабочей среде
1
Например:

  • чат в телеграме — для оперативного общения и умеренного флуда (куда без него);
  • закрытая группа в соцсети — для высказывания позиций по дискуссионным вопросам и сбора информации с участников (делать это в чате неудобно — один ответил сразу, другой — через два часа, когда в чате появилось с пару десятков других сообщений, а третий вообще пропустил вопрос);
  • xoyondo — для выбора времени общих созвонов (согласования в чате или соцсети всегда мучительны, если вас много);
  • GoogleDocs для совместной работы над текстом.

Будете ли вы использовать какие-то ещё инструменты для совместной работы — например, канбан-доски (Trello), ментальные карты (Coogle), площадки для совместного мозгового штурма (Padlet) — зависит от размера проекта и числа вовлечённых в него людей.
Учитывайте, что авторы живут в разных поясах. Например, активные дискуссии по проекту Неочевидные жертвы коронавируса начинались в чате команды около 18−19 часов по Москве. В Хабаровске в это время уже час ночи или больше. «Порой не удавалось вникнуть в обсуждение, из-за этого чувствовалась оторванность от проекта», — поделилась после проекта одна из его участниц.
Договоритесь об общих стандартах
2

У каждой редакции — своё представление о прекрасном и допустимом, свои методы фактчекинга и сторителлинга, свои финансовые возможности. Если речь идёт о трансграничном сотрудничестве, то в разных странах — разный уровень доступа к информации и рисков, разные законы, это тоже необходимо учитывать.

У вас должны быть договорённости по:

  • этическим вопросам (например, допустимо ли использование скрытой записи или покупка информации);
  • стандартам работы (например, делать ли запись каждого телефонного звонка);
  • безопасности (какие методы коммуникации используете, как храните документацию, делаете ли резервную копию);
  • единым требованиям к исходным материалам (например, все разговоры должны быть расшифрованы максимально дословно, а не «близко к тексту»).

Вопросами безопасности пренебрегать не стоит, и стандарты здесь должны быть едиными. Когда вы работаете над чувствительной темой, риск утечки важно минимизирован со всех сторон. Если один использует сервисы для хранения паролей (KeePass) и шифрования жёсткого диска (VeraCrypt), а другой везде ставит пароль «12 345» и ведёт переписку с источниками через Вконтакте — это, мягко говоря, неправильно.

К безопасным каналам коммуникации команду, возможно, придётся приучать. Если работа с безопасными мессенджерами (Signal) и шифрованной почтой (Protonmail, Tutanota) не была привычной и обыденной, будьте готовы вроде: «Народ, очень прошу присоединиться к дискуссии в Сигнале».
Распределите задачи
3

Хорошо на начальном этапе понять сильные и слабые стороны членов команды и по максимуму их использовать. Это не значит, что каждый автор должен работать только по своей «специализации» и ему не нужно поручать других задач, но это стоит учитывать, например, когда нужно срочно нагнать дедлайн или кому-то из членов команды требуется помощь.

Варианты распределения задач. Журналист или группа:

  1. готовят часть общего проекта (отдельную автономную и самоценную историю) — например, как в проекте Мы принимаем;
  2. готовят часть общего текста — в отличие от первого варианта она будет не автономной, а встроится в итоговый большой текст, то есть, скорей всего, претерпит серьёзные изменения (сокращения, подстройка под стиль) — например, как в тексте Уронить корону;
  3. «прокапывают» отдельную зону — например, как в тексте Деньги ушли за пациентом (один журналист разбирался с нехваткой коек, другой — с нехваткой СИЗ, а третий — с технической оснащённостью);
  4. «прокапывают» отдельную локацию — например, как в расследовании Дыханье спёрло;
  5. берут на себя отдельный фронт работ (делают краткие выдержки из истории, берут экспертные интервью, собирают и обрабатывают данные) — например, как в проекте Обвинительные клоны;
  6. работают отдельно друг от друга, обмениваясь информацией или отдельными результатами труда (иллюстрации, инфографика, промо-ролик) — как происходило в работе над текстом в рамках проекта Сетевая провинция.
Договоритесь, как будет оплачиваться работа исполнителям
4
Желательно на старте объяснить, какие ресурсы есть на проект, по какому принципу они будут распределены и от чего зависит то, сколько денег в итоге получит каждый вовлечённый человек. Желательно, чтобы была внятная система начисления гонораров за совместный текст, которая позволит учитывать вклад каждого журналиста в общий результат.

Например, в мониторинговом проекте Неочевидные жертвы коронавируса это было построено так: мы оценили каждый регион с точки зрения информационной активности (чем богаче медийный ландшафт — тем больше публикаций, а значит — тем больше сил займёт мониторинг) и присвоили каждому региону свою «цену». Оплата труда участника мониторинга зависела от того, публикации в каких регионах он взял на себя.

А вот при работе над другим текстом — Деньги ушли за пациентом — у нас было понимание, что есть общий бюджет на команду, но изначально не было обозначено, как эти деньги будут распределены. По факту вовлечённость в проект была неравномерной. Мы учли это в конечном итоге, но отсутствие понимания на старте и в процессе вызвало некоторую напряжённость.
Установите дедлайны
5

Должен быть финальный дедлайн, к которому текст должен быть готов. Существование только промежуточных дедлайнов без финального расслабляет. Однако дедлайны для отдельных этапов работы также необходимы.

По аналогии со scrum-подходом, мы можете разбить работу на этапы — «спринты». Разделение работы над текстом или проектом, который создаётся в коллаборации, на такие итерации — пожалуй, наиболее эффективный метод. Спринт может занимать от недели до месяца в зависимости от масштаба проекта. Перед спринтом формулируются задачи на будущий отрезок, в конце спринта — проводится ревизия, обсуждаются результаты и ошибки. Затем команда начинает новый спринт.

Например:

  • Спринт 1: А и В берут интервью по теме и расшифровывают их, а С составляет базу данных по теме.
  • Спринт 2: смотрим на базу и понимаем, какие истории из неё стоит проработать отдельно. Распределяем истории между собой, прорабатываем. Параллельно D пробивает упомянутые в базе компании и персоналии.
  • Спринт 3: изучаем собранный «сырец», решаем, чего нам не хватает, распределяем задачи, добираем информацию (или делаем что-то ещё, чего не доставало — например, создаём инфографику).
  • Спринт 4: пишем первый драфт, плачем, берём себя в руки и переписываем. Параллельно готовим визуальные и промо-материалы.
  • И так далее.
Обязательно закладывайте время на непредвиденные обстоятельства, стремитесь держаться дедлайнов и будьте готовы к тому, что они полетят ко всем чертям.
Проще всего соблюдать сроки, когда у вас с самого начала всё ясно, понятно, есть чёткая концепция, а команда целиком и полностью несёт ответственность за продукт и ни от кого больше не зависит (например, от внешней площадки, которая проект опубликует). Кроме того, с дедлайнами, скорей всего, не будет проблем, если команду вывезли на необитаемый остров (в глухую деревню без связи) и она занимается исключительно проектом. Кстати, круто, если есть такая возможность.
Договоритесь о контрольных точках
6
Например, каждую неделю по вторникам в такое-то время общий созвон по проекту. На этом созвоне вы обсуждаете, что сделано, с чем возникли проблемы, как их решить. Если на спринте возникли трудности, на контрольной точке они обсуждаются, а найденное решение внедряется на следующем спринте. В зависимости от обсуждений могут корректироваться план и сроки.

Если у вас жёсткие сроки, и надо работать быстро, организуйте ежедневные пятнадцатиминутные «митапы», где каждый член команды будет отвечать на 3 вопроса: что делал вчера, что будет сегодня, есть ли что-то, что мешает выполнить задачу.

Работа по плану

Собственно, это основной этап, но сказать тут особо нечего — кроме того, что было сказано раньше. У вас есть план и команда. Задачи распределены. Процесс разделён на этапе. Дедлайны назначены. Договорённость о контрольных точках есть. Дальше можно только двигаться по плану и быть готовым к тому, чтобы этот план корректировать, потому что процесс наверняка пойдёт не совсем так (или совсем не так), как изначально задумывалось.
Часть 3

Материал собран! Переходим к сборке и публикации

В третьей части поговорим про визуализацию, интерактивную составляющую, важность (или неважность?) офлайн-встречи участников проекта, сборку текста / проекта, публикацию, продвижение и пост-работу.

Подготовка визуальной составляющей

Часто визуальную составляющую проекта оставляют на потом с мыслью «Да разберёмся, чем-нибудь проиллюстрируем». Из-за этого подхода визуальная составляющая нередко получается унылой и беспомощной в лучшем случае и рушит весь материал в худшем. Не надо так. Если есть финансовая возможность — пригласите человека, который имеет опыт такой работы и которому вы можете доверить эту задачу.

Крупными мазками визуализацию есть смысл описать ещё на этапе планирования. Собирать визуальный материал (фото, видео и пр.) вы будете по ходу работы. Вплотную к визуалиации подойдёте, скорей всего, только тогда, когда исходный материал собран и складывающаяся история стала максимально понятной.

С самого начала важно ответить на вопрос, чего вы хотите от оформления. Визуальное решение может помочь раскрыть выбранный фокус проблемы или выступать фоном. Вы хотите, чтобы оно несло в себе определенный (автономный, понятный и без текста) смысл и рассказывало самостоятельную историю? Чтобы дополняло основную историю или было просто обрамлением к материалу?
Образ проекта — это вся совокупность визуальных элементов. То есть всё, что увидит читатель в тексте /проекте или в материалах, которые его продвигают. Это не только фото, видео, иллюстрации, инфографика, но также — шрифты, оформление цитат, форматирование текста, логотип проекта, карточки или промо-видео для соцсетей… Все элементы должны увязываться между собой, а образ текста / проекта должен быть связан с его целью и позиционированием.
После того, как вы определились с фокусом, выберите ориентиры в визуальном оформлении. Посмотрите, что уже сделано в подобных темах или проектах. Соберите примеры для формирования видения. Если вы уже всё придумали у себя в голове и знаете, как должно выглядеть – найдите примеры и соберите в одном документе или на доске для обсуждения с другими членами команды и презентации. Если вы ставите чёткую задачу исполнителям, сделайте пилотные фото и сформулируйте техническое задание.
Инструкция для фотографов проекта Мы принимаем
Мы не будем подробно останавливаться на разборе форм, в которые может быть упакован ваш проект (опять же, история для отдельной методички). Если хотите знать об этом больше - погрузитесь в Базу мультимедийных форматов на Сделано.Медиа.

Подготовка интерактивной составляющей

Если вы готовите текст, который выйдет в конкретном СМИ — проблемы нет. У этого СМИ, вероятно, есть отлаженные способы получения фидбэка от читателей и свои правила на этот счёт. Однако если вы выпускаете автономный проект, могут возникнуть сложности. Обычно велик соблазн попытаться вовлечь аудиторию — присылайте истории, сообщайте о фактах, делайте то или это. Почему бы не вовлечь? Форму обратной связи поставить несложно!

Однако, не спешите. Ответьте прежде на несколько вопросов.

Первый вопрос: у вас есть ресурсы, чтобы дальше с результатами этого интерактивного вовлечения работать? Любой интерактив обрекает вас на дополнительный труд. Например, в проекте Мы принимаем мы попросили читателей присылать свои истории. Люди откликнулись и присылали, но обработка историй и доведение их до печатной версии занимали немало времени.

В проекте Обвинительные клоны также призвали делиться историями неправосудного обвинения. При этом на вопрос, кто и как будет с этими историями дальше работать, ответа изначально не дали — решение как раз в духе «ввяжемся в драку, а там разберёмся». В отличие от «Мы принимаем», где нужно было только составить монолог из ответов читателя и «причесать» его, изучение материалов уголовного дела, сбор доказательств невиновности персонажа — очень трудоёмкий процесс.

Словом, если вы всё-таки решили запускать интерактив, определитесь сразу, кто будет отвечать за его обработку. Например, целью интерактива в проекте Не издержки мы сделали сбор волонтёрской команды на второй этап мониторинга, и ответственность за это взяла на себя Московская Хельсинкская группа.

Второй вопрос: зачем вам вообще интерактив? Ответ напрямую зависит от того, кто является целевой аудиторией проекта и что является его основной задачей. Если вы изначально с этим не определились, то и с интерактивом возникнут проблемы. Например, если главная цель проекта — собрать ещё истории, то призыв к аудитории будет понятен и оправдан. А если главная цель — просветительская и к тому же реального ресурса для того, чтобы работать с обратной связью у вас нет — не стоит и начинать.

Третий вопрос: вы уверены, что аудитория откликнется? Уверены, что ваш метод вовлечения сработает? Например, мы хотели сделать проект Неочевидные жертвы коронавируса каналом сбора фактов, которые можно было бы «дарить» редакциям разных регионов. Нам казалось, что принцип «единого окна» или «распределительного центра» сработает, но мы ошиблись. Люди почти не откликнулись на призыв. Оказалось, им проще рассказать о проблеме либо уже знакомому СМИ своего региона, либо на своей страничке в социальной сети. Возможно, всё бы получилось, если бы мы поставили сбор информации основной целью проекта, не ограничились вставкой формы обратной связи и дополнительно продумывали способы вовлечения аудитории.

Офлайн-встреча?

Офлайн-встреча — это всегда хорошо. При совместной работе офлайн-встреча даёт возможность поработать над проектом не урывками, а погружённо, в течение нескольких дней.
«Удивительный эффект от работы над проектом мини-командой в течение двух дней — все вместе, не отвлекаясь на текучку. Немногие редакции могут себе такое позволить. А когда из разных редакций присутствовало по 1−2 человека, то это не сильно повлияло на работу самой редакции, дало возможность нам сосредоточиться на мелочах»
Макс Поляков (7x7, Москва)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
Большинство межрег-проектов мы делали распределённой командой в полностью удалённом режиме. Офлайн-встречи в ходе совместной работы проводили четырежды: когда работали над похоронным расследованием, проектами Обвинительные клоны, После шахт и Рынок не ок.

В случае с похоронкой мы встречались несколько раз в ходе работы, это было несложно, поскольку коллаборация была межредакционная, и мы жили в одном городе. В трёх других случаях на встречи пришлось собираться в Москве, они проходили на разных этапах работы: для «клонов» — на финальном этапе (исходники собраны, определяемся с тем, как подавать материал), для «шахт» и «рынков» — в середине работы (обсуждаем тот материал, который уже собрали, думаем, как двигаться дальше).

Во всех трёх случаях встреча была полезной — в живом обсуждении, которое длилось в каждом случае в течение двух суток, рождалось много ценных предложений. Однако, будет неправильно утверждать, что такие предложения не могли родиться в онлайн-обсуждении — может, и могли бы! Как проверишь?
Офлайн-встречи — необязательный, но желательный, полезный и приятный элемент любой коллаборации. Есть возможность провести — проводите, не сомневайтесь. Люди — существа телесные, они любят встречаться вживую, им важно и полезно вырваться из повседневных рутин. В идеале всех участников проекта надо вывезти на необитаемый остров и временно отключить от рутинных процессов.
Что важно, если вы организуете офлайн-встречу?
1
Чёткая повестка и регламент работы
2
Предварительно обсуждение повестки и регламента, согласование его с другими участниками процесса
3
Отслеживание тайминга в ходе работы. Если вы запланировали принять десять решений, а половину встречи потратили на дискуссию по одному вопросу, то понятно, что оставшиеся девять будут скомканными

Сборка проекта / текста

То, как вы будете это делать, зависит от цели коллаборации. Если на выходе получаются разные, независимые друг от друга тексты, то каждая редакция работает по своим правилам и стандартам — и в этом случае на этапе подготовки черновика коллаборация заканчивается (хотя нет — ещё неплохо подвести итоги и порефлексировать).

Если на выходе цельный проект или текст, то варианта три:
«Хранитель темы» обеспечивает единое стилистическое решение
1
Подходит в том случае, когда на выходе должны получиться автономные истории, которые собираются в единый проект (вроде Мы принимаем или После шахт). Тогда все материалы (тексты, фото и пр.) стекаются к одному редактору или бильду. Он вносит коррективы, согласовывает с автором, отправляет текст на доработку или просит переснять фотографии при необходимости.
Держатель темы обеспечивает склейку текста
2
Это самая сложная история — когда в результате должен получиться единый, связный нарратив. Скорей всего, исходные истории авторов придётся серьёзно сокращать и высушивать (что всегда чувствительно для журналиста), а затем склеивать.

Так, в тексте Невидимые пациенты у нас было история женщины с ревматическим заболеванием, история девушки с муковисцидозом и история молодого человека с психическим заболеванием. Изначально каждая из них тянула на отдельную публикацию, но в таком виде их невозможно было включить в общий текст. Сокращали очень сильно. Клеем для всех историй послужили статистические данные, ссылки на другие публикации, нормативные акты, экспертные комментарии, обобщающие данные.

Также было с текстом Уронить корону. Соединительной тканью историй стали различные обобщающие вещи, в которые как бы «перетекали» персональные истории. Например, история одной героини закончилась тем, что она ностальгирует по советскому союзу — и мы перешли к сообществу «Граждане СССР», убеждённому в том, что коронавирсуа не сущесвует. От истории другого героя перешли к националистическим сообществам, где также легко приживается ковид-диссидентство.

За сбор информации для «клея» может отвечать отдельный человек, но направлять его должен тот, кто создает итоговый текст, то есть видит картинку целиком.
Держатель темы пишет текст из исходников, собранных авторами
3
Получает исходники, чахнет над ними, а потом начинает прясть цельное полотно текста. Так было при работе над статьёй Деньги ушли за пациентом. Исходники стеклись у редактора. Редактор всё прочитал, составил скелет публикации, распределил по скелету различные фрагменты исходников, ещё раз посмотрел на картинку, оценил, где есть пробелы, где скелету не хватает «мяса», дал задание на добор информации. Дальше мы заполняли прорехи.
После того, как черновик текста написан, хорошо, если все причастные его посмотрят и прокомментируют. Надо быть готовым к тому, что придётся переписывать. Возможно, полностью. Возможно, не один раз.

Лучше, если смотреть текст будут не только причастные авторы и «хранитель темы», но также:

  1. второй редактор, который увидит текст впервые (он укажет на сбои в логике изложения, пробелы, задаст вопросы);
  2. эксперт, погружённый в тему (чтобы указать на явные неточности);
  3. обыватель (условная «мама» или «сосед»), который не в теме (чтобы оценить, насколько внятно вы всё изложили для рядового читателя).

Публикация

Где и как вы будете публиковать историю и на каком этапе определитесь с этим — штука индивидуальная. У нас бывало по всякому, поскольку своей площадки у нас нет. В одном случае мы сразу знали, где и каким образом будет опубликован продукт. В другом — принимали это решение после сбора всей исходной информации. В третьем случае определялись с местом публикации после написания черновика. В чётвёртом — пристраивали в СМИ уже полностью готовый текст. Вычитанный, отредактированный, с фотографиями и всеми делами.
У нас нет ответа на вопрос, как правильно. Наверное, правильно сразу понимать, на какой площадке вы опубликуете историю. Во всяком случае, коллеги, которые работали с нами в межрег-проектах, проговаривали это — мол, так было бы комфортней. Однако мы часто работаем просто потому что нас волнует какая-то тема, и не знаем, кому в итоге предложим текст. И даже не хочется его изначально никому предлагать, потому что если откажут — опустятся руки или редактор начнёт диктовать собственное виденье… Словом, не знать на старте, какой будет площадка — тоже нормально.
В нашей практике (за три с половиной года существования мы выпустили почти шесть десятков различных больших текстов и спецпроектов) ни разу не было такого, чтобы мы не нашли способ опубликоваться.

Возможные варианты итоговой публикации:



  1. общий текст в одном СМИ (Не будут же его выкапывать);
  2. общий текст в нескольких СМИ (Невидимые пациенты);
  3. общий текст в основном СМИ с рерайтом текста для других изданий (у нас примеров нет, но такой вариант возможен);
  4. общий текст с возможностью использовать, дорабатывать, переписывать отдельные его фрагменты для своих изданий (Дыханье спёрло);
  5. публикация историй в разных СМИ с единым сводным материалом на отдельной платформе (После шахт);
  6. автономный проект с перепечаткой отдельных историй в других СМИ (Мы принимаем);
  7. автономный проект с дополнительным пиар-сопровождением (Не Издержки);
  8. разные тексты в разных СМИ (пример коллег из СделаноМедиа — проект Сетевая провинция).

Продвижение

Всё относительно просто, когда вы публикуете проект на площадке со своей аудиторией и отработанной моделью продвижения. Площадка заинтересована в том, чтобы привлечь как можно больше внимания к тексту, она сделает для этого всё, что делает обычно для других текстов и проектов. Вы можете добавить свои пять копеек в этот процесс – написать посты от себя лично, сделать «посев» по тематическим пабликам, кинуть ссылку заинтересованным сообществам, попросить лично знакомых вам ЛОМов (лидеров общественного мнения) привлечь внимание к тексту.
Сложности начинаются, если вы делаете автономный проект, который выйдет на отдельной площадке, вроде Мы принимаем, Обвинительных клонов, После шахт и пр. Для каждого проекта приходилось придумывать план продвижения, и именно эта часть работы у нас нередко проседала. Во всяком случае, на пост-рефлексии по нескольким проектам звучала оценка: «А вот продвижение мы провалили».

Идеальный вариант: когда ваш текст или проект заметит кто-то с хорошим охватом и вовлечённостью аудитории. Поста одного мощного ЛОМа бывает достаточно, что число прочтений взлетело и началась цепная реакция, когда подписчики ЛОМа начинают перепощивать вашу историю. Иногда ЛОМу надо помочь увидеть ваш проект, и нет ничего страшного в том, чтобы обращаться к людям с такими просьбами. Худшее, что может произойти — вас проигнорируют или вам откажут.

А если нет волшебного ЛОМа? Расскажем, что делали мы в своих проектах:

  1. Приглашали коллег в информационные партнёры. Так, о выходе Обвинительных клонов рассказали «Медиазона», «Бумага», «ТВ-2», 59.ру, Команда 29, Znak.com.

  2. Публиковали автономные тексты по теме проекта с отсылкой к проекту. Так, саратовская «Версия» опубликовала интервью адвоката, в котором была отсылка к проекту «Обвинительные клоны». А текст «Не будут же его выкапывать» отсылал к Не Издержкам.

  3. Публиковали фрагменты (отдельные части проекта) в других СМИ. Например, так было в проектах Мы принимаем и После шахт. Это не принесёт большого числа посещений проекту, но ведь наша главная задача — в том, чтобы распространить информацию.

  4. Делали рассылки — по коллегам и редакциям (предлагали воспользоваться результатами мониторинга в рамках проекта Неочевидные жертвы коронавируса), по заинтересованным сообществам, которые могли бы помочь с распространением информации (например, ЛГБТ), по заинтересованным организациям (релиз о проекте Не издержки рассылали по правозащитным организациям).

  5. Делали так называемый «посев» в тематических пабликах, связанных с темой и локацией. Например, распространяли тексты проекта После шахт в социальных пабликах тех локаций, которые упоминаются в проекте. Для постов информацию переупаковывали — например, делали промо-видео, карточки с цитатами экспертов, монолог автора идеи.

  6. Просили распространять информацию о тексте всех причастных к проекту людей — авторов, волонтёров, экспертов и так далее.

  7. Выпускали еженедельные дайджесты проекта. Например, такие дайджесты выходили по мотивам проекта «Неочевидные жертвы коронавируса» на 7x7.

  8. Использовали доступ к блог-платформам, где писали о проектах. Например, о Не Издержках написали для блога «Эха Москвы».

  9. Вели переговоры на этапе сбора материалов. Так, для проекта Мы принимаем выделили группы и паблики в социальных сетях, каналы в телеграмме и организации по теме. Затем писали им с просьбой помочь в поиске героев. Кто-то откликался и очень старался помочь, это взаимодействие дало им возможность почувствовать свою причастность к проекту, и когда мы попросили те же паблики и каналы опубликовать информацию о вышедшем проекте, они откликались.

Пост-работа

Она такая же, как и для любого другого текста. Это правильно — собирать отзывы и отслеживать реакции (со стороны читателей, чиновников, сообществ, иных вовлечённых сторон), хотя и не всегда посильно.

В любом случае после публикации важно провести ревизию вместе с командой и задать следующие вопросы:

  • Что сделано?

  • Что удалось?

  • Что не получилось?

  • Что можно было сделать лучше?

  • Какие возникали сложности?

  • Как они преодолевались?

  • Какие извлечены уроки?

Возможно, на этом этапе вы договоритесь о новой совместной работе. Как минимум, сделаете для себя выводы, которые будут полезны для будущих проектов.
Часть 4

Какие ошибки мы совершили в ходе совместной работы?

Расскажем о собранных «граблях» и предложим решение.

Не продумали дистрибуцию и продвижение

«В самом начале надо было более комплексно проработать вопрос с продвижением проекта, более широко его анонсировать, продумать больше каналов распространения, заручиться информационной поддержкой профильных (о медиа) пабликов и ТГ-каналов»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом», участница проекта «Неочевидные жертвы коронавируса»
«Договоренности по распространению проекта нужно было бы обговаривать на старте. Искать дружественные медиа, которые согласятся участвовать в дистрибуции, будут переупаковывать контент под себя»
Наталья Петрова (7x7, Йошкар-Ола)
соавтор текста «Невидимые пациенты», участница проекта «Неочевидные жертвы коронавируса»
«На мой взгляд, мы не продумали дистрибуцию. Это большая ошибка любого редактора, который думает в парадигме „Контент сам себя продаст“. Как, кому, в каких каналах мы будем рассказывать историю и где найдем на это ресурсы — эти вопросы надо было проработать так же глубоко, как структуру и оформление самого контента. И здесь же — дальнейшая жизнь проекта, взаимодействие с аудиторией, с новыми кейсами и т. п. Эту часть пути мы прошли в лучшем случае на треть»
Олег Григоренко (7x7, Воронеж)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
Решение: Не питайте иллюзий, что контент сам себя продаст. Продумывайте продвижение так же тщательно, как содержание. В идеале, в команду должен входить человек, чьей задачей будет исключительно продвижение. Конечно, со всем набором необходимых компетенций.

Срывали дедлайны и передвигали сроки публикации

«Сильно затянули со сроками. Полгода на один текст — это чересчур много. В какой-то период чат по репортажу вообще замер, обновлений не было. Мне показалось, что вся работа приостановлена и текст не выйдет в принципе»
Кирилл Кругликов (журналист-фрилансер, Вологда)
соавтор текста «Уронить корону»
«Дедлайны — мы ставили их слишком мягко, подстраиваясь под занятость каждого члена команды»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»
Решение: Ставьте и финальный дедлайны, и дедлайны промежуточных этапов. Делите процесс на спринты и планируйте регулярные контрольные точки. Адекватно оценивайте занятость участников при распределении задач.

Не определили целевую аудиторию проекта

«Мы не определили целевую аудиторию текста, не было понимания, зачем текст должен быть сделан, какая у него глобальная цель. Мы делали его, потому что нам казалось важным и интересным покопать тему, но для кого и зачем? Мне кажется, если спросить у каждого члена команды, ответы будут разными. Вплоть до того, что это просто по кайфу — получить интересный опыт»
Наталья Петрова (7x7, Йошкар-Ола)
соавтор текста «Невидимые пациенты»
Решение: Обязательно определяйте целевую аудиторию, когда пишите питч. Не ограничивайтесь общими формулировками вроде «граждански активное население» или «неравнодушные люди». Определение целевой аудитории влияет на многие этапы процесса — в том числе, на определение площадок для продвижения и содержание промо-материалов.

Не обеспечили прозрачность процесса на всех этапах

«Мне не всегда было понятно, на каком этапе находятся другие участники. Я ощущала себя наименее опытной участницей межрега (у меня в целом небольшой журналистский опыт), и мне хотелось наблюдать, как работают другие участники, как они распоряжаются той информацией, что у них есть»
Александра Яшаркина (7x7, Ярославль)
соавтор текста «Невидимые пациенты»
«Работы коллег я почитал только в итоговом материале. Не было возможности следить за их прогрессом. Непонятно, что попало из работ в итоговый материал, а что нет. Выходит, совместность была на ранних этапах обсуждения и планирования. А дальше каждый отдельно работал над своим куском»
Кирилл Кругликов (журналист-фрилансер, Вологда)
соавтор текста «Уронить корону»
Решение: Работайте в общей папке, где каждый сможет отслеживать прогресс других участников процесса. Планируйте регулярные созвоны, где каждый будет рассказывать, что он уже сделал и что планирует.

Устали от длительного забега

«Госзакупки — это ужас в плане мотивации. Много работы с данными — таблицами, с выгрузками… Нереальное количество строк. Ты выполняешь тупую механическую работу, это сложно»
Роман Романовский (Калининград)
координатор расследования «Дыханье спёрло»
Решение: Изначально обозначайте, в чём будет заключаться работа, чтобы у людей не было на этот счёт иллюзий и чтобы в команду собирались те, кто вообще способен на такого рода работу. Поддерживайте участников на регулярных созвонах, рассказывая, что уже удалось обнаружить благодаря им.

Мало созванивались (не хватило общения, в т.ч. неформального)

«Мне не хватило совместных звонков. Даже если не суперважных, но чтобы ощущать единство команды. Мне этого не хватило, потому что с с другими авторами текста я лично не знакома»
Анастасия Киреева (журналист-фрилансер, Пермь)
соавтор текста «Уронить корону»
«Не хватило какой-то болталки, чтобы поближе познакомиться с членами проекта. Все же когда работает команда, хочется немножко дружеского общения»
Ирина Бутенко (Версия, Саратов)
участница проекта «Неочевидные жертвы коронавируса»
«Не хватило периодического совместного обсуждения текущей работы, большего взаимодействия друг с другом. На первых этапах были созвоны, а потом они перетекли в довольно вялую переписку, а хотелось бы чувствовать команду и ее настрой. Все раскисли и приуныли — почему? Что нужно, чтобы собраться? Кто-то завяз с поиском данных или не успевает взять интервью — как можем помочь? У кого есть свободные ресурсы? Готов план материала — давайте обсудим, все ли в нем логично и понятно? Мне кажется, регулярные созвоны позволяли бы более четко отслеживать работу и дисциплинировали всех участников процесса»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»
Решение: Запланируйте на старте созвон-знакомство. Планируйте регулярные созвоны, даже если вам кажется, что вы всё сможете обсудить в переписке или обсуждать нечего. Не пресекайте жёстко неформальное общение в чате, оставьте возможность для умеренного флуда, не связанного с работой.

Не подготовились к оффлайн-встрече

«Стоило начать совместную работу раньше — например, за неделю до оффлайн-встречи провести созвон и обсудить поподробнее проект и задачи, чтобы на очной встрече было больше времени на работу и была возможность заранее влиться в происходящее и подготовиться»
Мария Кольцова (журналист-фрилансер, Москва)
соавтор проекта «Обвинительные клоны»
Решение: Если вы планируете офлайн-встречу, проведите дополнительный созвон перед ней. Обсудите суть проекта, обсудите и при необходимости скорректируйте регламент встречи, дайте «домашнее задание» (о чём подумать или что сделать до встречи, с чем приехать на встречу).

Недостаточно чётко ставили задачу исполнителям

«Доверил часть часть работы с фотографиями авторам и, видимо, недостаточно хорошо контролировал процесс. Не хватило заинтересованности фотографов в результате и их умения работать с материалом»
Ярослав Чернов (Артель, Пермь)
cоавтор проекта «После шахт»
«Я бы перед началом работы собрала материалы, на форму которых стоит ориентироваться. Не в смысле „сделайте точно так же“, но что-то похожее. И на их примере показывала бы участникам, какой примерно результат хочется получить»
Александра Яшаркина (7x7, Ярославль)
cоавтор текста «Невидимые пациенты»
Решение: Сопровождайте ваши инструкции отсылками, примерами (как удачными, так и неудачными) и разбором сомнительных ситуаций. В отдельных случаях стоит подготовить пилотную «серию», чтобы на её примере показать, какого результата вы ждёте.

Распределили усилия, не вполне адекватно занятости и компетенциям вовлечённых авторов

«Редактору в самом начале работы над темой нужно уточнить режим занятости журналистов-фрилансеров — сколько времени в день/неделю они готовы посвящать тексту. И уже на основании этого распределять объемы работы и определять дедлайны. Неравная вовлеченность в проект — это нормально. Кто-то из журналистов может посвятить тексту больше времени, кто-то меньше. Но это должен знать редактор и планировать работу над темой с учетом этих данных. Также хорошо бы знать сильные/слабые стороны членов команды и по максимуму их использовать»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»
Решение: До распределения задач собрать информацию с участников. Понять, кто в чём силён и насколько серьёзно он сможет вкладываться в проект. Уточнять у участников, посильны ли им вверенные задачи и установленные сроки.

Не обеспечили прозрачность при оплате труда

«Нужна более внятная и понятная система начисления гонораров за совместный текст, которая позволит учитывать вклад каждого журналиста в общий результат. Озвучивание примерной суммы без уточнения, как и из чего именно она в итоге сформируется и как каждый автор может повлиять на нее — возможный вариант, но не оптимальный»
Елена Жолобова (Артель, Киров)
соавтор текста «Деньги ушли за пациентом»
Решение: Продумать и проговорить подходы к оплате труда перед началом работы.

Не проводили своевременный разбор ошибок

«Была путаница с тем, кого мы считаем жертвами коронавируса, из-за этого я включала в мониторинг материалы, которые, как выяснялось, не надо было. Может быть, нужна была бы одна организационная онлайн-встреча после первого этапа, где бы голосом можно было нудно проговорить, какие ошибки были на после мониторинга марта-апреля, чтобы потом их не повторять»
Зоя Кузнецова (ИрСити, Иркутск)
участница проекта «Неочевидные жертвы коронавируса»
Решение: Делить процесс на спринты и делать разбор ошибок в конце каждого спринта.

Что ещё может пойти не так?

Человек покинул команду. Решил, что переоценил свои силы или потерял интерес к теме, или свалились какие-то личные обстоятельства

Что делать: Посоветоваться с командой. Возможно, кто-то готов взять на себя задачи того, кто ушёл. Либо предложит вариант замены. Замену нужно быстро ввести в курс дела, поэтому подготовьте для человека исчерпывающий, но не избыточный список того, с чем нужно познакомиться перед началом работы. В отдельных случаях, работу придётся поставить на паузу. У нас так было при работе над текстом Уронить корону. В частности, поэтому процесс несколько затянулся.

Человек на грани того, чтобы покинуть команду (например, выгорел или не вывозит)

Что делать: Поговорить с человеком. Возможно, будет достаточно уменьшить объём возложенных на него задач или дать другие задачи, которые будут более интересны. Возможно, надо дать ему паузу для того, чтобы он разгрёб другие дела или просто выдохнул.

Журналист или «хранитель темы» выпал на время (болезнь, личные обстоятельства, завалили работой на основном месте)

Что делать: Если возможно, временно переложить задачи на другого участника процесса. В ином случае придётся либо просить его ускориться после того, как он вернётся в строй, либо сдвигать общие сроки.

Публичный конфликт, связанный с одним из участников коллаборации в ходе совместной работы, который ставит под удар результат коллаборации

Что делать: Совершенно точно — не пороть горячку. Разобраться в сути конфликта. Оценить его беспристрастно. Открыто поговорить со всеми участниками процесса, обсудить разные варианты реакции и действия. Только после этого принимать и озвучивать решение.

Крокодил не ловится, кокос не растет, герой не ищется, текст не пишется

Что делать: Отвлечься и перезагрузиться. Перестать пробивать лбом стену. Взять паузу. Подумать, в чём причина и что можно изменить. Словом, не пытаться получить иной результат, продолжая совершать всё те же действия. Конечно, действуя методично и последовательно, можно и стену лбом прошибить. Но сколько на это уйдёт времени и сил? Да и лоб жалко.

Все межрегиональные тексты и проекты, упомянутые в рекомендациях

Полезные сервисы, которые упоминались в этих рекомендациях

Также читайте о журналистской коллаборации

Пусть в нашей работе будет больше сотрудничества, а не соперничества. Поделитесь этим гайдом в соцсетях!